– Мы примем меры. Пропуск вам Спиркин подписал?

– Пропуск?

– Вот, возьмите. – Мне сунули в руки какую-то бумажку. – Можете идти. Приятно было с вами познакомиться. Обязательно жене расскажу! А вы подумайте насчет того, чтобы сняться в кино.

Я подумала об этом давно. Еще раньше, чем об этом подумала моя мама. И твердо решила: нет. У меня нет актерского таланта, и я это прекрасно знаю. Людям, которые не умеют лгать, противопоказано выходить на сцену.

Я шла домой и размышляла о Егоре. Почему-то не о том, как он умер, а о том, каким он парнем был. А был он плохим парнем.

… Дьявол с кукольником ударили по рукам, и деньги в карманы везунчика полились рекой. Но поскольку это были дьявольские деньги, то они не могли сделать счастливыми ни продавца игрушек, ни его семью. Дети, купив все, что хотели, сделались злыми и совсем перестали любить своего отца, жена, которая прежде была экономной, превратилась в транжиру, они с кукольником теперь постоянно ругались. Слуги принялись воровать, так что мастер не мог ни на кого положиться. Новый дом оказался слишком огромен и, мало того что вызывал зависть соседей, требовал непомерных расходов. Жизнь в нем была тоскливой. И тогда кукольник потребовал у своего заказчика, чтобы ему тоже сделали игрушку. Живую игрушку. Дьявол выполнил просьбу, он изготовил очень красивую, качественную куклу, но это еще больше все осложнило…

Егор

Вообще-то он оказался у мамы далеко не первым. Ведь моя мать была очень красивой женщиной, я это уже говорила. Красота помогла ей выбиться в люди. Она всем женщинам помогает, даже тем, кто говорит, что прежде всего хотели бы, чтобы их ценили за ум. Уверяю вас, это кокетство. Моя мать была неглупой женщиной, судя по ее книгам, но свою красоту она ценила гораздо больше своего таланта. Инстинктивно, если так можно выразиться. В чем это выражалось?